Условия окуломоторной адаптации

+ -
0
Условия окуломоторной адаптации
Прежде, чем перейти к анализу механизмов специфических окуломоторных структур, целесообразно рассмотреть данные, которые, казалось бы, выходят за рамки изложенных представлений. Речь пойдет о случаях оперативной адаптации ГДС с положительной зрительной обратной связью (??? = 180°).

Согласно А. Р. Шахновичу (1974), устойчивая фиксация светящейся точки в темноте возможна через 1,5-2 минуты после ее появления. В течение этого времени происходит смена окуломоторных структур, специфичных для условий положительной зрительной обратной связи: сначала возникают крупноамплитудные синусоидальные колебания, затем—нистагм, и, наконец,— малоамплитудный дрейф. Этот порядок может быть интерпретирован как последовательная смена стадий оперативных преобразований ГДС.

О способности одного из своих испытуемых устойчиво фиксировать предмет в условиях бинокулярной инверсии зрительной обратной связи сообщил Я. П. Ховард (Howard, 1970). Правда, эта возможность открывается лишь через несколько получасовых опытов. Обнаружено, также, что стробоскопическое освещение тестовых объектов устраняет восприятие кажущегося движение, причем этот эффект не зависит от времени ношения инвертирующих устройств. К сожалению, Я. П. Ховард не дал подробного описания своих экспериментов. Остается неизвестным, например, использованный диапазон частот стробоскопического освещения, неясны особенности движений глаз в этих условиях и природа адаптационного процесса.

Возможность оперативных преобразований ГДС сохраняется и в условиях, которые допускают одновременное изменение знака и величины или же сопредставленность разных видов зрительной обратной связи.

Так, Д. Фейдер и П. Най (Fender, Nye, 1961) сообщили, что при ? = 180° наблюдатель может научиться фиксировать световое пятно в темноте при условии, если коэффициент зрительной обратной связи (Кобр ) меньше +1. Однако, ни способ, ни продолжительность научения указаны не были. Косвенно это наблюдение подтверждается тем, что при низком значении коэффициента положительной зрительной обратной связи (0 меньше Кобр меньше +0,4) оценка воспринимаемого смещения светового пятна во время саккадических движений глаз трудностей не вызывает (Mack, 1970 Whipple, Wallach, 1978).

Результаты пилотажных экспериментов Н. Ю. Вергилеса и Е. А. Андреевой (1990) показали, что при +0,2 меньше Кобр меньше +0,5 фиксационный процесс занимает 1-1,5 минуты, в течение которых нистагмоидные движения переходят в плавные затухающие колебания глаз. Как правило этот процесс сопровождается постепенным восстановлением точности целенаправленных поворотов руки, выполняемых под контролем зрения (Андреева, Басыбекова, 1984; Басыбекова, 1987).

В условиях одновременно представленной и положительной (фигура), и отрицательной (фон) зрительной обратной связи целенаправленный поворот глаз выполняется без затруднений, а пороговые значения восприятия смещения предметов для ? = 0° и ? = ±180° практически совпадают (Wipple, Wallach. 1978). В тех же случаях, когда положительная обратная связь соотносится с фоном, а отрицательная—с фигурой, отмечаются на рушения константности зрительного направления, сопровождающие, обычно, появление специфических окуломоторных структур (Ярбус, 1965).

Так как в ряде исследований ГДС с положительной зрительной обратной связью эффекты оперативной адаптации все же не наблюдались (Ярбус, 1965; Барабанщиков, 1978; Doesschate, 1954; Hedlun, White, 1959), можно утверждать, что, во-первых, существуют условия, которые содействуют (или, наоборот, мешают) восстановлению основных функций ГДС; во-вторых, скорость окуломоторной адаптации индивидуально варьирует; в-третьих, конечный приспособительный эффект зависит от особенностей метода изменения знака зрительной обратной связи.

Попытаемся выяснить характер и основные тенденции окуломоторной активности в условиях, которые, как можно полагать, содействуют восстановлению нарушенных функций ГДС. Согласно литературным данным, таких условий по крайней мере три: 1) сужение зоны оптической афферентации; 2) временная дискретность оптической афферентации; 3) активный контакт индивида со средой. Последнее принадлежит к числу общих условий адаптации сенсомоторных систем (Smith, Smith, 1962; Нoward, 1982).

Для решения поставленных задач использовался метод частичной инверсии зрительной обратной связи ГДС. Он состоит в том, что трансформациям подвергается только одна из оптических осей координат, другая—остается без изменений. В этом случае специфические окуломоторные структуры приобретают вырожденный характер: крупноамплитудные вращения преобразуются в синусоидальные колебания, а траектория нистагмоидных движений стягивается к отрезку прямой, расположенному параллельно инвертируемой оси. Сохраняя феноменологию окуломоторной и перцептивной активности, данный метод существенно упрощает процедуру исследования и открывает дополнительные возможности изучения предельного случая трансформации зрительной обратной связи ГДС (Барабанщиков, 1978).

С помощью центральной присоски на глазное яблоко устанавливалась только одна призма Дове, которая обеспечивала инверсию сетчаточного изображения вдоль горизонтальной оси. Свободный глаз закрывался светонепроницаемой повязкой, голова испытуемого фиксировалась в подбороднике. Окуломоторная активность регистрировалась электромагнитным способом.

Сужение зоны оптической афферентации. В темной комнате на белый экран, расположенный на расстоянии 65 см от глаз прямо перед испытуемым, проецировалось маленькое (15') яркое пятно. От наблюдателя требовалось устойчиво фиксировать тест-объект, отмечая этот момент нажатием на кнопку пульта.

В экспериментах участвовали испытуемые, имевшие большой опыт работы с глазными присосками. Время опыта—25 мин. Каждый испытуемый принимал участие в трех опытах, которые проводились в разные дни.

В описанных условиях зарегистрированы основные окуломоторные структуры, характерные для ГДС с положительной зрительной обратной связью. В общей картине глазодвигательной активности превалирует инверсионный нистагм. Полные циклы синусоидальных колебаний встречаются редко. Паттернам движений глаз соответствуют подобные формы восприятия движения светового пятна. В связи с потерей константности зрительного направления требование устойчивой фиксации преобразовывалось в задачу остановки воспринимаемого движения тест-объекта.

Отличительной особенностью результатов эксперимента является наличие продолжительных (до 20 с) псевдофиксаций— медленных плавных непериодических поворотов глаз и малоамплитудных нистагмоидных движений, с помощью которых испытуемый «удерживает» пятно в зоне 2-7° (Рис. 3.43).



Рис. 3.43. Плавные непериодические повороты (А) и малоамплитудные движения (Б) при фиксационной установке глаз на точечный источник света в темноте (горизонтальные составляющие).


Эти движения сопровождаются чувством «приближающегося овладения объектом»: испытуемому кажется, что пятно вот-вот будет остановлено. Однако, ни субъективно (по отчетам испытуемых), ни объективно (по записям движений глаз и отсутствию нажатий на кнопку) поставленная задача не выполняется. Поскольку сохранение направления глаз в указанной зоне требует продолжительной концентрации внимания, а значит, большого напряжения, испытуемые быстро устают и временно отказываются от решения задачи. В этом случае медленные непериодические колебания глаз сменяются синусоидальными колебаниями либо крупноамплитудным нистагмом. Время между двумя последовательными псевдофиксациями варьирует от нескольких секунд до 10 и более минут и зависит от общего состояния испытуемого, степени его заинтересованности в решении задачи, опыта решения подобных задач и других факторов.

Произвольное управление окуломоторными структурами и их отдельными параметрами значительно упрощается. Испытуемые быстро осознают связь наблюдаемого движения пятна с движениями собственных глаз, способны произвольно снижать скорость воспринимаемого смещения или плавко «подводить» пятно к некоторой заранее заданной позиции. Без произвольных установок, или самоинструкций, тенденция к устойчивой фиксации объекта не проявляется.

Итак, при инверсии зрительной обратной связи ГДС в условиях редукции оптической афферентации до точечного пятна в течение 25 минут устойчивая фиксация объекта не обнаруживается. Периодически возникает тенденция к фиксации (псевдофиксация), тесно связанная с произвольным управлением движениями глаз.

На первый взгляд, этот результат противоречит данным А. Р. Шахновича (1974), который не только констатировал процесс адаптивных изменений ГДС, но и указал порядок и продолжительность его протекания. Однако сравнительный анализ методических особенностей обоих экспериментов показывает, что это противоречие не носит принципиального характера, а различие результатов может быть объяснено различием критериев устойчивой фиксации.

Так как субъективная оценка выполнения задания основывается на восприятии неподвижности светящегося пятна, то не исключено, что в экспериментах А. Р. Шахновича испытуемый имел высокий порог восприятия движения и отождествлял момент перцептивной стабильности с чувством «приближающегося овладения объектом». По-видимому, это соответствовало и объективной оценке наличия фиксации: применявшийся метод электроокулографии не позволял выделять нистагм и плавные колебания с амплитудой менее 2-4°, а их проявления на окулограмме в контексте ярко выраженных окуломоторных структур— высокоамплитудного нистагма и синусоидальных колебаний - могли интерпретироваться экспериментатором как выражение устойчивой фиксации. Различиями в организации экспериментальной процедуры могут быть объяснены и различия в продолжительности фиксационной установки глаз. В наших опытах испытуемый был поставлен в такие условия, которые обеспечивали ему свободу действий и не регламентировали повторное обращение к основной задаче. Поэтому интервал между двумя последовательными псевдофиксациями мог быть как значительно больше, так и меньше 1,5-2 мин. По аналогичным причинам варьировал и порядок следования окуломоторных структур в ходе фиксационной установки глаз.

Полученные данные позволяют утверждать, что в рассмотренных условиях происходит не столько быстрая перестройка зрительно-окуломоторного отношения, сколько неустойчивая произвольная компенсация искажений функционирования ГДС, опирающаяся на аконстантное восприятие зрительного направления.
При инверсии зрительной обратной связи ГДС возникает новый контур регулирования движений, нивелирующий рассогласование между произвольно заданным и действительным направлениями (либо скоростью движения) воспринимаемого предмета. Он как бы надстраивается над существующим, используя необычные особенности его функционирования. Содействуя или препятствуя необычным смещениям глаз, варьируя способ восприятия, степень напряжения экстраокуляриых мышц или направление глаза относительно объекта можно изменить форму и параметры глазодвигательной активности. Так, отслеживание кажущегося перемещения объекта, т. е. содействие непроизвольному повороту глаз, является одним из условий возникновения синусоидальных колебаний. Стремление закрепить воспринимаемый объект в некоторой позиции противостоит навязанному смещению глаза, вызывая нистагм. Чем сильнее сопротивление воспринимаемому перемещению объекта, тем больше установочное напряжение экстаокулярных мышц, тем меньше амплитуда и, в некоторых случаях, скорость вынужденных поворотов глаз. В предельном случае пилообразная форма инверсионного нистагма сменяется медленными непериодическими колебаниями, прерываемыми малоамплитудными саккадами.

Отсюда следует, что описанная А. Р. Шахновичем динамика окуломоторных структур: синусоидальные колебания ? нистагм ? падение амплитуды нистагма ? сохранение направленности глаз (псевдофиксацня)—отражает монотонное усиление произвольного контроля в совокупном механизме управления движениями. Как мы убедились, этот способ активности не является единственным.

Время, необходимое для выполнения фиксационной установки глаза, также определяется особенностями произвольного контроля и может быть различным. Это объясняет появление случаев как относительно быстрой (в течение нескольких секунд), так и относительно медленной (несколько минут) компенсаций колебаний глаз в условиях положительной зрительной обратной связи ГДС.

В условиях «богатой» оптической стимуляции медленные непериодические колебания глаз проявляются редко и длятся, как правило, 1—3 с. Обычно они возникают при выполнении незрительных задач и определяются особенностями автономного проприоцептивного контроля (Барабанщиков, 1978). Результаты эксперимента позволяют выделить еще один источник плавных непериодических движений—произвольную компенсацию искаженного функционирования ГДС. Сходство и различие окуломоторных активностей при решении зрительных и незрительных задач, требуют специального исследования. Сейчас лишь можно утверждать, что появление непериодических колебаний глаз в условиях положительной зрительной обратной связи ГДС отражает крайности его произвольного контроля: последний либо отсутствует вообще, либо максимально выражен.

Завершая обсуждение, отметим, что, несмотря на отсутствие явного эффекта оперативных преобразований ГДС, сразу же с изменением ? расширяются средства произвольного контроля движений глаз и задается общее направление окуломоторной адаптации. Частичная компенсация искажений, вносимых инверсией канала зрительной обратной связи, содействует (пусть даже в малой степени) решению стоящих перед наблюдателем задач и, следовательно, не может не закрепиться и не получить развития. Однако, этот процесс требует более продолжительного времени.

Дискретность оптической афферентации. Неподвижные черно-белые сюжетные изображения (10° х 15°), расположенные на расстоянии 65 см от глаза испытуемого, освещались лампой электрофотостимулятора ФС-02 с частотой 1-10 Гц (шаг 1 Гц) и 10-50 Гц (шаг 5 Гц). Лампа устанавливалась в 80 см от тест-объекта слева от испытуемого. Энергия вспышки 0,3 ± 0,075 Дж. Присоска с призмой и антенной-излучателем укреплялась на правый глаз; левый—закрывался светонепроницаемой повязкой. -Продолжительность освещения объекта вспышками одной и той же частоты—20-30 с. Продолжительность отдельной вспышки—не более 20 мс. Частота вспышек варьировалась псевдослучайным образом. От испытуемого требовалось рассматривать изображения с целью последующего воспроизведения их содержания и нажатием на кнопку указывать наличие или отсутствие движения воспринимаемых объектов. В эксперименте приняли участие трое испытуемых с нормальным зрением.

Можно выделить два диапазона частот стробоскопического освещения объекта, которым соответствуют различные особенности зрительного восприятия и движения глаз.

При частоте выше 8-10 Гц имеют место все окуломоторные структуры, характерные для ГДС с положительной зрительной обратной связью в условиях субъективно непрерывного освещения объекта (f = 50 Гц). Константность зрительного направления отсутствует. Произвольное управления взором затруднено. Среди особенностей восприятия отметим наблюдаемую множественность тест-объекта — эффект мультипликации: перекрывающие друг друга изоморфные изображения образуют как бы одно целое, приходящее в движение вместе с поворотом глаз. Ясность и четкость восприятия изображений замет но снижены.

При частоте стробоскопического освещения объекта 1-6 Гц зарегистрированы два вида окуломоторных структур.

1. Нерегулярные П-образные движения, составленные из разнонаправленных саккад (2-10°) на фоне продолжительного дрейфа, скорость которого не превышает 2-3°/с (Рис. 3.44, А).



Рис. 3.44. Движение глаз: А — во время стабильного восприятия объекта (частота стробоскопического освещения 4 Гц); Б — при восприятии перемещения неподвижного объекта (частота стробоскопического освещения 3 Гц).


Во время этих движений испытуемые уверенно сообщают о стабильности (неподвижности), а на частотах 3-6 Гц—и о непрерывности рассматриваемого изображения. В последнем случае отмечается флуктуация яркости объекта. При частоте вспышек 1-3 Гц изображение воспринимается как дискретно предъявляемое в одной и той же позиции поля зрения. Управление взором трудностей не вызывает. После выполнения произвольных высокоамплитудных саккад (более 10-15°) объект воспринимается в иной пространственной позиции. Однако в ходе рассматривания изображения изменений его локализации не происходит.

2. Нистагмоидные движения глаз с низкой частотой (0,2-0,б Гц) и амплитудой 15—20°; скорость плавного компонента не превышает 4-5°/с (Рис. 3.44, В). Во время их осуществления неподвижный объект воспринимается как дискретно меняющий свою позицию в поле зрения соответственно направлению поворота глаз. Вместе с тем, трудности произвольного управления взором отсутствуют, а эффект мультипликации не возникает. С увеличением частоты стробоскопического освещения до 8-10 Гц нистагмоидные движения принимают все более строгую пилообразную форму, увеличивается скорость их медленной фазы и средняя частота.

Согласно полученным данным, стробоскопическое освещение объекта не имеет прямого отношения к оперативным преобразованиям ГДС. Во-первых, стабильность восприятия—один из главных признаков адаптации—сохраняется лишь в узком диапазоне частот (1-6 Гц), причем далеко не всегда (по-видимому, Я. П. Ховард использовал частоты именно этого диапазона). Во-вторых, искажения функционирования ГДС, характерные для положительной зрительной обратной связи, начинаются на частоте свыше 8-10 Гц и всегда сопровождаются потерей константности зрительного направления.

Связь окуломоторных структур с константностью зрительного направления носит здесь несколько иной характер. Как правило, предъявляемое изображение воспринимается стабильным, если скорость плавного компонента движений глаз соизмерима со скоростью обычного дрейфа (не превышает 2-3°/с), а амплитуда разнонаправленных саккад находится в пределах 10°. Во всех остальных случаях на любой частоте стробоскопического освещения объекты воспринимаются перемещающимися (непрерывно или дискретно) в направлении, совпадающем с направлением поворота глаз.

При стабильном восприятии участие положительной обратной связи в организации движений глаз как бы снимается. ГДС функционирует безотносительно к инверсии направления смешения ретинального образа. По-видимому, этот факт объясняется не столько адаптацией ГДС, сколько перманентным разрывом зрительной обратной связи.

В условиях стробоскопического восприятия процесс окуломоторного регулирования может быть представлен следующим образом. С освещением объекта возникает интенция установки глаз в позицию, обеспечивающую наилучшие условия решения поставленной наблюдателю задачи. Так как через 15-20 мс оптическая стимуляция прерывается, поворот глаза или сохранение его прежней направленности осуществляются на основе следовой и командной информации (цели поворота глаза) с участием проприоцептивного и вестибулярного контуров регулирования. Следующее освещение объекта происходит не ранее 100-120 мс, т. е. тогда, когда предшествующий акт либо подготовлен, либо завершен, либо находится в процессе выполнения. Поскольку новая «порция» оптической афферентации связана с предшествующей внешним образом (порядком следования), цикл регулирования начинается сначала. Понятно, что при отсутствии причин, навязывающих ГДС особый режим работы, трудности произвольного управления взором не возникают.

По существу в описанной ситуации регуляция движений глаз осуществляется на основе дискретной зрительной обратной связи. При этом обратная связь включается в процесс управления лишь тогда, когда степень дискретности оптической стимуляции превосходит некоторую пороговую величину. Так, в условиях проведенного эксперимента ГДС функционирует в режиме положительной зрительной обратной связи в том случае, если временной интервал между двумя последовательными предъявлениями тестового объекта не превышает 100-120 мс (F ? 8-10 Гц). В какой-то степени этот результат представляется неожиданным, поскольку непрерывная оценка информации о состоянии окружающей среды, а значит, и непрерывность зрительной обратной связи, полагаются как необходимые условия плавных направленных движений глаз (Шахнович, 1974; Rashbass, 1961; Jung, 1973).

По-видимому, величина порога дискретности зрительной обратной связи ГДС не является постоянной и варьирует в зависимости от различных условий экспозиции объекта, индивидуальных особенностей наблюдателя и других факторов. «Чистое запаздывание», или «задержка» ГДС—время, необходимое для проведения информации по контуру регулирования и использования ее в процессе управления,—величина переменная. Этот вывод вытекает из факта сосуществования двух видов окуломоторных структур (нистагма и П-образных движений) при низкой (1-6 Гц ) частоте стробоскопического освещения объекта. Момент включения зрительной обратной связи в процесс регулирования получает здесь операциональное выражение, в нистагмоидных движениях глаз и аконстантности зрительного направления.

Таким образом, проведенное исследование показывает не только возможность регуляции плавных поворотов глаз на основе дискретной зрительной обратной связи, но и ее функциональную подвижность, изменчивость. Однако эта изменчивость имеет иную природу, чем процесс окуломоторной адаптации. Сочетание дискретного предъявления оптической стимуляции с инверсией зрительной обратной связи ГДС выступает как метод исследования динамики окуломоторных структур восприятия.

Активный контакт индивида со средой. В данном эксперименте снимались ограничения, вызванные необходимостью регистрации движений глаз: относительное постоянство позы наблюдателя, фиксация его головы и дистантные отношения с предметом восприятия. После установки призмы Дове (левый глаз закрывался светонепроницаемой повязкой) испытуемый был свободен в выборе поведения: он мог перемещаться по комнате, сидеть за столом, принимать удобную для себя позу, трогать руками окружающие вещи и т. п. В ходе опыта давались отдельные инструкции следующего типа: «укажите расположение предметов в комнате», «возьмите с полки книгу», «поздоровайтесь за руку с экспериментатором»), «нарисуйте цветок», «напишите на бумаге любое слово и распишитесь», «пройдите в соседнее помещение» и др. Особенности их выполнения служили показателями нарушений перцептивного процесса и способов его компенсации. Характер движений глаз оценивался на основании визуальных наблюдений экспериментатора за перемещениями присоски с призмой и отчетов испытуемых об особенностях воспринимаемых сцен. В эксперименте приняли участие трое испытуемых. Длительность каждого опыта 15-20 мин. В разное время инвертировались горизонтальная и вертикальная оси оптической системы координат.

Необычность ситуации, в которой оказался испытуемый, обнаруживается им сразу же после установки инвертирующей призмы. Достаточно лишь отойти от исходной позиция (кресло, в котором находится испытуемый во время анестезирования глазного яблока и укрепления присоски с призмой), чтобы оказаться полностью дезориентированным в окружающей среде. Предметы, расположенные вдоль оси инверсии, локализуются в диаметрально противоположных направлениях. Все, что попадает в поле зрения, воспринимается движущимся. Разноудаленные предметы кажутся приближенными друг к другу или лежащими в одной плоскости («эффект картины»). Нарушается произвольное управление взором. Основная окуломоторная структура-нистагм с частотой около 2 Гц; как периодические, так и непериодические плавные колебания почти не наблюдаются. Задача прослеживания перемещающихся предметов вызывает появление неустойчивых (один-два цикла) синусоидальных движений. Нистагм, особенно во время перемещений, сопровождается признаками кинетоза (головокружение, тошнота). При вертикальной инверсии испытуемым кажется, что пол проваливается или «вот-вот уйдет из-под ног», при горизонтальной—создается впечатление вращения окружения вокруг испытуемого; в отдельных случаях наблюдатели переживают иллюзию собственного вращения. Поиск требуемого элемента ситуации крайне затруднен. Реакции испытуемых на зрительно воспринимаемые события неадекватны. Оканчиваются неудачей попытки схватить (коснуться) увиденный предмет. Части собственного тела и конечности, попадающие в поле зрения, воспринимаются как чужие. Разрушаются навыки письма и рисования, выполняемые под контролем зрения.

Чтобы избежать падения или столкновения с предметами, испытуемые прекращают передвижение по комнате, находят на ощупь устойчивый ориентир (стойка стеллажа, угол шкафа, стол и др.) и пытаются определить собственное местонахождение и относительное расположение предметов в комнате. Выдвигаемые гипотезы проверяются посредством осторожных ощупывающих движений рук и ног. Внешне описываемая ситуация очень напоминает поведение человека с закрытыми глазами, хотя ее внутренним содержанием является активное использование искаженной зрительной информации для решения текущих задач. Справиться с необычными условиями деятельности, научиться выполнять задания несмотря на сложность ориентировки и вопреки ей—вот цели, которые прямо или косвенно ставятся испытуемыми.

Реализуются они по-разному. Например, проговаривается общая схема окружающего пространства, и делается попытка соотнести ее с получаемой зрительной информацией. Повороты глаз, головы, рук или корпуса тела нередко строятся как самостоятельные действия. Перед поворотом испытуемый оценивает собственное положение и позицию глаз (головы) относительно окружения, рассматривая себя как бы со стороны. Если в результате поворота ожидаемый результат не достигается, исходная схема корректируется, а целенаправленное движение выполняется заново. В качестве средств поиска необходимого предмета и ориентировки испытуемого в ситуации используются произвольные и непроизвольные повороты головы, совпадающие по направлению с плавным перемещением глаз. Увеличивая длительность медленной фазы нистагма, они обеспечивают более продолжительное восприятие текущего фрагмента ситуации. Этого, оказывается, вполне достаточно для перцептивного выделения совокупностей окружающих наблюдателя предметов, оценки их пространственных отношений и эгоцентрической локализации.

Через 10-15 минут ношения призмы, несмотря на то, что предметы по-прежнему воспринимаются инвертированными, непрерывно перемещающимися и уплощенными, испытуемый не выглядит столь беспомощным, как в начале эксперимента. Он может переходить из комнаты в комнату, правда, нетвердо, страхуя себя руками от неожиданной встречи с препятствием. Он знает (умозаключает), где в действительности расположен тот или иной видимый предмет. Если маршрут движения известен, достаточно нескольких циклов нистагма, чтобы выделить полезный ориентир и, либо убедиться в правильности поведенческих актов, либо внести соответствующие коррективы. Более или менее освоенный «перевод» воспринимаемого на «язык объективных отношений» ведет к появлению адекватных действий; хотя их точность остается низкой, общее направление выдерживается.

Очевидно, что трансформация оптической системы координат не могла не сказаться на характере взаимодействия испытуемого с окружающим его миром. Инверсия проекционных отношений на сетчатке уже сама по себе ведет к серьезным нарушениям зрительной ориентировки и регуляции деятельности (Логвиненко, 1974, 1981; Stratton, 1897; Kohler, 1964). В условиях проведенного эксперимента добавляются новые деструктурирующие факторы: непроизвольные ритмические колебания Поля зрения, провоцирующие нежелательные вестибулярные эффекты, и трудности произвольного управления взором. Поэтому и неадекватность действий испытуемых, и скованность их движений вполне понятны. Интересно другое: уже через 10 мин. после начала эксперимента испытуемые способны более или менее адекватно отвечать на воспринимаемые события и свободнее перемещаться в среде. Это означает, что адаптация к искажениям начинаются практически сразу после установки призмы, носит генерализованный характер и протекает довольно интенсивно.

Согласно экспериментальным данным, на ранних этапах процесс адаптации совершается в форме компенсаторных изменений стратегии и тактики поведения испытуемого, что обеспечивается усиленной ориентировкой н произвольным контролем движений глаз, головы, корпуса тела и конечностей. С самого начала окуломоторная адаптация включена в более широкий контекст приспособительной активности и, по-видимому, им же и направляется. Содействие выполнению поведенческих задач выступает в качестве основного критерия перестройки ретино-окуломоторных отношений в зрительной системе.

Поскольку приспособление к среде является интегративным процессом, охватывающим функционирование всех систем ориентировки и движений, адаптация ГДС предполагает нормализацию ее экстрасистемных связей. Можно ожидать, что в ходе взаимной подстройки систем, участвующих в реализации поведенческих актов, направление ретино-окуломоторных преобразований все более специфицируется, а сами преобразования получают дополнительный импульс. Чем шире, многообразнее и напряженнее организовано взаимодействие индивида со средой, тем экстенсивнее и, возможно, быстрее, осуществляется процесс окуломоторной адаптации (см. Berthoz, Melvill-Jons, 1985; Воuwhuis, Bridgeman, Owens, Shebilske, Wolff, 1987). Поэтому активный контакт со средой оказывается более благоприятным условием для реорганизации ГДС, чем неподвижность позы и созерцательное отношение испытуемого к среде.

Во время регистрации движений глаз (голова и поза наблюдателя фиксированы) пилообразные и синусоидальные колебания возникают сразу после установки призмы и предстают как явления одного порядка. Так как за каждым из них стоят различные способы восприятия —активный и созерцательный-— можно полагать, что адаптация ГДС «замкнута» преимущественно на нистагмоидные движения глаз. Это подтверждается фактом доминирования пилообразных колебаний в условиях непосредственного контакта испытуемого со средой и свободы его перемещения. В ситуации, допускающей падение или столкновение с предметами, индивид использует наиболее привычные способы восприятия, уменьшающие возможность негативных поведенческих последствий. Не случайно задача прослеживания кажущегося перемещения предметов, которая при ограничении движений вызывает синусоидальные колебания глаз, здесь оказывается малоэффективной: она противоречит требованиям активного отношения индивида к среде, его предметной направленности.

Итак, действительными условиями, содействующими преобразованиям ГДС с положительной зрительной обратной связью, являются сужение площади оптической афферентации и активное отношение индивида к среде, субъекта восприятия—к объекту. В течение первых 20-30 минут признаки развитого адаптационного процесса, например, восстановление легкости управления взором, появление устойчивых фиксаций, редукция специфических окуломоторных структур и др., не наблюдаются. Проведенные эксперименты ухватывают лишь начало этого процесса: обнаружение постоянного рассогласования действительного и требуемого окуломоторных направлений и попытки его компенсации.

----

Статья из книги: Окуломоторные структуры восприятия | Барабанщиков В.А.

Возможно, Вам будет интересно

Похожие новости

Поделитесь своим мнением. Оставьте комментарий

Автору будет приятно узнать обратную связь о своём посте.

    • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
      heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
      winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
      worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
      expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
      disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
      joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
      sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
      neutral_faceno_mouthinnocent

Комментариев 0