Мой опыт хорошо согласуется с опытом доктора Кэррингтона, который утверждает, что после длительного голодания у больного волчий аппетит, и прием пищи должен быть во что бы то ни стало поставлен под контроль в течение нескольких дней, на протяжении которых этот прием пищи продолжается. Он добавляет, что после нескольких первых дней, при условии контроля, «исключительная страсть» пропадает и «не возвращается». Он называет этот период «опасным» и заявляет, что как только этот период проходит, у больного пропадает желание к большому объему пищи, который он принимал до голодания». Он также указывает, что начинает отсутствовать и существовавшее до голодания стремление «к острым и стимулирующим видам пищи». Все это хорошо согласуется и с моим опытом и наблюдениями.

Необычный постоянный голод, который сразу наступает после длительного голодания, часто, при отсутствии мер предосторожности и безопасности, ведет к большему потреблению пищи, чем это необходимо. И если после голодания недисциплинированному больному предоставить свободу и отсутствие контроля, он, определенно, сведет на нет всю пользу, полученную от голодания. На этой стадии он крайне нуждается в жестком контроле и наблюдении. Самые трудные голодающие те, кто спешно стремится набрать вес. У этих больных эта идея становиться навязчивой идеей-фикс. Они требуют большего количества пищи, беспокоятся из-за отсутствия быстрого увеличения своего веса, быстро впадают в обжорство и разрушают собственные цели своего голодания перееданием, беспокойством и напряжением. У голодающего тенденция к перееданию не только потому, что он голоден, но и из-за желания быстро восстановить свой вес. К этому его побуждают и его друзья. Синклер прав, когда писал: «Человек в конце длительного голодания представляет собой тревожное зрелище для своих соседей, у которых появляется импульсивное желание как можно скорее накормить его «полным обедом».

Хотя игровые и юношеские виды спорта и физические упражнения и были стихийными всплесками энергии юности, но греки первыми свели их в систему физического воспитания. Следы спортивных занятий можно найти у древних египтян, евреев и многих других азиатских народов. Однако «мы должны отправиться на маленький, но священный кусочек земли, чтобы отыскать ростки всей нашей науки, искусства и поэзии». Ибо «именно в Греции культура спорта впервые получила то систематическое внимание, которое возвело ее в истинный ряд свободных видов творчества».