Программа предназначена для учащихся 1-4 классов, имеющих недостаточность зрительно-пространственного восприятия. Это могут быть слабоуспевающие ученики обычных классов, если в школе отсутствуют классы КРО. При наличии классов КРО психологу следует в первую очередь обратить внимание на учащихся этих классов.

Программа рассчитана на 25-30 занятий продолжительностью 35-45 минут. В случае необходимости количество занятий может быть увеличено. Если упражнения окажутся для ребенка очень сложными, что может быть связано с недостаточной физиологической готовностью нервной системы, к последним (самым сложным) занятиям и упражнениям можно вернуться через некоторое время, например, в следующем учебном году.

На первом занятии ведущему следует объяснить детям смысл их встреч с психологом. Естественно, учащимся начальной школы не сообщается вся подоплека необходимости этих занятий, но положительная мотивация — необходимый компонент успешной деятельности.

Мы окружены предметами. Всю жизнь мы опознаем, классифицируем, оцениваем и используем предметы. Наши инструменты, жилища, оружие, пища — предметы. Почти все, что мы ценим, чем любуемся, чего путаемся, по чему скучаем, — предметы. Мы привыкли к тому, что предметы (объекты) видны повсюду, и поэтому, наверное, трудно представить себе, что способность нашего зрения видеть предметы все еще загадочна.

Картины ведут двоякое существование. Прежде всего — это объекты как объекты: узоры на плоских листах бумаги; но в то же время глаз видит в них и совсем другие предметы. Узор состоит из пятен, линий, точек, мазков или из фотографического «зерна». Но эти же самые элементы складываются в лицо, дом, корабль средь бурного моря.

Картины — уникальный класс предметов, потому что они одновременно видны и сами по себе, и как нечто совсем иное, чем просто лист бумаги, на котором они нарисованы. Картины парадоксальны. Никакой объект не может находиться в двух местах одновременно; никакой объект не может быть одно-временно двумерным и трехмерным. А картины мы видим именно так. Картина имеет совершенно определенный размер, и в то же время она показывает истинную величину человеческого лица, здания или корабля. Картины — невозможные объекты.

Мы уже обнаружили, что картины и предметы — не меньше, чем утверждения, выраженные письменно или устно, — могут оказаться парадоксальными, неоднозначными или неопределенными. Кроме того, они могут выглядеть искаженными.

Подобно тому как машины являются искусственным продолжением мышц человека, увеличивая их мощность и точность, измерительные приборы служат продолжением наших органов чувств. Приборы помогают человеку все дальше и глубже проникать во время и пространство и притом позволяют производить разные измерения в пределах системы шкал, построенных на основе общепринятых единиц измерения. Некоторые физические единицы мер возникли на основе величин, свойственных человеческому телу: фут приблизительно равен длине стопы взрослого человека, ярд близок к длине одного шага.

По-видимому, искусство с самого начала было связано не только с физическими, но также с магическими и религиозными представлениями об устройстве мира. Пещерные рисунки, вероятно, имели отношение к тому, что называется «симпатической магией»; вполне возможно, что картины считались своего рода талисманами: волшебными знаками добра и зла, способными порождать желаемые мысли и настроения не только в людях, но и в богах. Ведь картины находят подчас на стенах пещер в таких местах, которые почти недоступны человеческому взору.

А иногда их рисовали одну поверх другой — словно потому, что само место обладало магическими свойствами. Кое-что от магического назначения искусства сохранилось и все еще продолжает сохраняться в произведениях религиозной живописи, включая христианскую.

Первое, на что мы смотрим при встрече с человеком, — это глаза. Они отражают чувства и выражают настроение. Глаза являются для нас важнейшим источником информации об окружающем мире. Неудивительно, что глаза всегда находились и находятся до сих пор в центре многочисленных исследований, посвященных изучению здоровья человека.

Благодаря этим очевидным успехам, мы испытываем всестороннюю перемену в отношении к медицинской профессии. В совсем недавнее время медиком считался человек, прошедший обучение медицине в рамках школьной программы. Сейчас медицине уделяется большее внимание, и обучение профессии занимает долгие годы.

Офтальмологию стали рассматривать как отдельную медицинскую дисциплину. Большое количество исследований в области психологии, а именно в области исследовании мозга и неврологии чрезвычайно расширили знания о структуре человеческого глаза. Сегодня мы знаем, что зрение зависит не только от анатомических свойств глаз, что это сложный процесс, в котором участвуют и мысли, и чувства, и переживания.

("В данной статье переводчик вместо Бейтса перевёл Батес" - примечание автора сайта)

Американский врач Уильям Хоратайо Батес (1860—1931) долгое время специализировался на офтальмологии, после чего открыл собственную клинику.

Осмысливая опыт своей деятельности, он начал задумываться о смысле ношения очков и о всяком отсутствии этого смысла. Он не хотел мириться с тем, что лечение дальнозоркости заканчивается только тем, что врач выписывает очки нужной диоптрии. В лучшем случае очки корректируют плохое зрение, но они не могут вылечить его.

По данным некоторых ученых, 70% всех сведений человек получает из окружающего мира с помощью зрения, другие полагают, что цифра должна быть увеличена до 90%. А. М. Горький, которому пришлось несколько дней во время болезни пробыть с повязкой на глазах, писал о своем состоянии так: «Ничто не может быть страшнее, как потерять зрение, — это невыразимая обида, она отнимает у человека девять десятых мира».

Зрительный анализатор состоит из периферической части, представленной глазным яблоком (bulbus oculi), проводящих путей, включающих зрительный нерв, зрительный тракт, лучистость Грациоле, и центрального отдела анализатора.

Центральный отдел состоит из подкоркового центра (наружные коленчатые тела) и коркового зрительного центра (fissura calcarina) затылочной доли головного мозга.