









Плохое зрение, как я уже говорил, является следствием аномального состояния психики. Очки могут иногда нейтрализовать воздействие этого состояния на глаза и, доставляя больше удобств человеку, до некоторой степени улучшить его психические способности. Но коренным образом этого состояния психики мы не меняем и, превратив его в плохую привычку, можем ухудшить его.
Легко показать, что среди способностей мозга, ухудшающихся с нарушением зрения, находится и память. Поскольку значительная часть образовательного процесса заключается в накоплении фактов, а все другие психические процессы зависят от усвоения человеком этих фактов, легко понять, как мало достигается простым одеванием очков на человека, испытывающего «проблемы со своими глазами». Необычайная память первобытного человека приписывалась тому факту, что из-за отсутствия подходящих средств записи, он вынужден был полагаться на свою память, которая, соответственно, укреплялась. Но с точки зрения известного факта, связи памяти со зрением, более обоснованным было бы предположить, что память первобытного человека была хорошей по той же причине, что и его острое зрение, а именно, благодаря расслабленному спокойному состоянию его психики.

Напряженное зрение подрывает у глаза 90% его нервной силы. Когда посредством расслабления эта нервная сила восстанавливается до нормального уровня, возвращается спокойствие давно забытой, а может и никогда не ощущавшейся силы.
Этот факт был наглядно продемонстрирован моим мужем, который испытал на себе прямо-таки разрушительное воздействие напряженного состояния глаз. Мы с ним исколесили все Соединенные Штаты в поисках специалиста, способного помочь его ухудшающемуся зрению и снять непрерывную боль. Сила линз в очках росла, острота зрения одновременно падала, а атаки постоянных головных болей становились все яростней. Никакого диагноза ему не ставилось, но в одном все врачи были единодушны - в том, что он ослепнет. Мой муж тоже говорил об этом - открыто, твердо и уверенно. Ничто так не угнетает человека, и не испытывает его воли к жизни, как постепенное приближение слепоты. Так прошло 15 лет. Поскольку боль усиливалась, а зрение падало и вблизи и вдаль, перед лицом наступающей слепоты мужа мы решили переехать в Лос-Анджелес, полагая, что красота этих мест хоть немного сгладит приближение трагедии.
Совершенно случайно мы наткнулись в библиотеке на книгу доктора Бэйтса «Идеальное зрение без очков». Я стала читать ее вслух своему мужу. Он был поражен. «Это звучит убедительно, сказал он. Я попробую».
Будучи довольно-таки ортодоксальной и в мыслях, и в поступках, я была раздражена: «Ты полагаешь, что проделав что-то из этого, ты сможешь выкинуть свои очки, которые мы так далеко тащили, лишь затем, чтобы сделать это? Нам ведь сказали, что они хоть немного, но задержат слепоту».